Сербский экспрессионизм


Сербский экспрессионизм
   не сложился в единое консолидированное движение и основное развитие получил только после I мировой войны как яркое проявление некоего синтетического авангардного сознания, которое широкой волной охватило сербское искусство в 1910-1920-е и в самой Сербии первоначально воспринималось как вторая волна модерна, или “новый модерн”.
   Проводниками этого сознания в предвоенный период стали многочисленные молодежные журналы - “Српска омладина” (“Сербская молодежь”), “Нови србин” (“Новый серб”), “Зора” (“Заря”), “Вихор” (“Вихрь”), “Вал” и др., - где объявлялась война “пассивному эстетизму” и “утилитарному рационализму” писателей старшего поколения и утверждалась новая литература, в основе которой лежат запросы “духа”. В политической сфере отрицанию подвергались “реформаторские методы отцов” и поддерживались националистические и объединительные югославянские лозунги. Наиболее влиятельным оказался выходящий в Сараево журнал “Босанска вила” (“Боснийская фея”), где уже в 1911 появились пространные материалы по итальянскому футуризму и немецкому экспрессионизму. Главный редактор журнала Д.Митринович в эссе “Эстетические размышления” (1913) выдвинул программу нового искусства, основанную на уходе от “патриархальной” реалистической традиции и утверждении индивидуальной свободы художника. В революции, которую он призывал как “спасительный катарсис эпохи”, он видел не торжество разрушения, а рождение нового мира человеческого достоинства и мудрости. При бесспорном авторитете западных культурных ценностей славянская духовная традиция, связанная с мессианством, позволила Митриновичу создать отвлеченную утопию всечеловека и всечеловечества, построенную на моральном единстве, братстве и любви.
   I мировая война оказалась для Сербии временем всеобъемлющего культурного кризиса. Слово “экспрессионизм” распространяется все шире и как знаковое явление немецкой культуры приобретает все более острое полемическое звучание. Однако в попытках объединиться вокруг отдельных журналов или программ молодые сербские авангардисты не находят других оснований, кроме безоглядного отрицания “старого”, традиционного искусства и не менее безоглядной устремленности к “новому”. В то же время именно после войны разворачивается деятельность таких крупнейших приверженцев экспрессионизма на сербской почве как С.Винавер*, М.Црнянский* и Р.Петрович*, что способствовало все более широкому распространению идей нового течения в среде художественной молодежи.
   Одним из первых центров объединения сербских авангардистов стал журнал “Забавник”, выходивший на о. Корфу в 1917-1918. Основное место в нем занимали произведения патриотического содержания, но приветствовались также новое молодежное искусство и предвоенные политические лозунги. Среди писателей новой ориентации выделяется группа авторов (Т.Уевич, В.Черина, П.Слепчевич, И.Андрич*, В.Ефтич), которые проповедовали своеобразный “средний путь” между крайностями авангардизма и художественными достижениями старшего поколения. С одной стороны, они солидаризировались с авангардным искусством в его “борьбе человека за осуществление на Земле большей человечности” и в полемическом запале часто называли себя “экспрессионистами”, с другой, - довольно быстро почувствовали разочарование в политических идеалах молодости, критически рассматривали западную цивилизацию и предсказывали ее крах. Авангардный дух в его крайностях казался им квинтэссенцией этой цивилизации, фактором, привносящим хаос в искусство. Они обвиняли своих оппонентов - авангардистов более радикального направления (раннего С.Стефановича, Т.Манойловича, С.Миличича, С.Винавера и др.) - в том, что им недостает художественного вдохновения, что они “назойливы в разрушении и весьма скромны в созидании” (В.Ефтич), что их творчество пропитано космополитизмом и тем самым оторвано от почвы. При этом их художественная практика часто оказывалась радикальнее публицистики: например, И.Андрич в своих ранних поэтических сборниках (“Ех Ponto”, 1918, и “Смятения”, 1920) безраздельно отдавался стихии метафизического отчаяния и среди катастрофических перемен эпохи оставлял человеку единственную участь - страдание.
   Многие авторы “Забавника” в дальнейшем продолжали сотрудничать в загребском журнале “Книжевни юг” (“Литературный юг”), который выступал в духе предвоенных националистических идей и ратовал за создание единого югославянекого культурного пространства. Под влиянием радикальных деятелей хорватского экспрессионизма - М.Крлежи* и А.Цесарца*, издававших в Загребе журнал “Пламен”, - в г. Нови-Сад складывается авангардная группа во главе с Црнянским (Т.Манойлович, Д.Васильев, Ж.Васильевич и др.), члены которой признавали важность социально-политических факторов в жизни человека и стремились найти выход из социального тупика в “революционном динамизме”. В 1919 Црнянский издает в Нови-Саде журнал “Дан”*, где утверждает “новое” искусство, отвечающее духу времени, динамическое и порвавшее со “старыми”, довоенными традициями. Он собирает в журнале многих выдающихся авторов: С.Винавера, С.Стефановича, И.Андрича, Б.Станковича, Т.Манойловича, С.Миличича, И.Косора и др., однако журнал оказался недолговечным. По мере того как центр культурной жизни объединенного государства все более перемещался в Белград, сюда же устремились и деятели искусства. В конце 1919 сербские авангардисты объединились в Белграде в так называемую “Группу художников”, которая выступала с теми же лозунгами, построенными на эмоциональном отрицании старого и еще не разработанных программах нового искусства. Члены группы оттачивали свое полемическое мастерство в знаменитых белградских артистических кафе (“Москва”, “Три шляпы”, “Буме”) и устраивали творческие акции, где декларировали синтез искусств: сопровождали чтение своих литературных произведений исполнением музыкальных пьес и показом картин авангардных художников.
   В том же 1919 в Белграде начал издаваться журнал “Мисао” (“Мысль”), сыгравший важную роль в распространении новых течений в искусстве. Благодаря С.Винаверу, Б.Токину и Р.Младеновичу (главному редактору журнала), которые ориентировались и тогда, и позднее на современную немецкую теоретическую мысль, журнал стал преимущественно экспрессионистским журналом, близким к “Штурму”*. В 1920-м в журналах “Мысль” и “Прогресс” были опубликованы важнейшие документы, которые представляли собой попытки программного оформления экспрессионизма в Сербии: статья Б.Токина “Экспрессионизм югославов”; статья М.Црнянского “Объяснение Суматры”; статья С.Миличича “Некое изложение, способное стать программой”; и, наконец, “Манифест экспрессионистской школы” С.Винавера. Все они преимущественное внимание уделяли нравственным и метафизическим аспектам искусства и, как правило, опирались на мистические и виталистические философские учения. Но ни одна из этих статей не положила начало широкому экспрессионистскому движению в Сербии, где экспрессионизм продолжал существовать исключительно в индивидуальных программах отдельных художников.
   Црнянский создает свою версию космически-мистического экспрессионизма, которому он дает название “эфиризма”, или позже “суматраизма”. Источником для него в этих поисках послужили символистские теории искусства, а также поэзия и культура Дальнего Востока. Его версия включала мысль о некой несуществующей земле, где измученный войной и другими потрясениями человек может найти успокоение, почувствовать себя чистым, эфемерным, тождественным своей сущности и обрести свою подлинную универсальную родину, какой не мог найти на Земле. Его ранние произведения: “Лирика Итаки”, “Рассказы о мужском” и “Дневник о Чарноевичу”, - были построены на противопоставлении грязной, натуралистически показанной действительности и устремленности в заоблачные романтические дали. Радикальные авангардные установки - новое искусство в новой действительности - соединялись с трагическим взглядом на человека, которому на Земле уготована роль бездомного страдальца.
   Винавер - единственный сербский поэт, который попытался объединить в единую систему идеологию, философию и поэтику экспрессионизма и на этой основе выработать программу экспрессионистской “школы”. Опираясь на журнал “Штурм”, он выстраивал собственную теорию, в основе которой лежала идея антропоцентризма. Придерживаясь диалектических взглядов на мир как на процесс постоянной смены равновесий и катастроф (вслед за Бергсоном с его теорией жизненного ритма) и рассматривая революцию как закономерный этап вселенского нарушения равновесия и материализацию идеалистической утопии о духовном царстве на Земле, он в 1921 издал книгу поэтико-философских размышлений “Громоотвод Вселенной”, где его идеи получили детальную разработку. Это единственное произведение подобного рода во всех югославянских литературах. Параллельно с теоретическими выкладками в нем сделана попытка систематизации авангардной литературы. Всю поэзию, в том числе и свою собственную, он рассматривал как инструмент, резонирующий “музыке реальности”, и видел высшую свободу человека в том, чтобы отдать себя во власть времени и тем самым совершить поистине космический духовный взлет.
   Р.Петрович соединял интерес к новейшим течениям искусства с глубоким знанием истории и культуры древних славян. Он находил в доисторических людях и обществах черты, которые давали им значительные преимущества перед современной цивилизацией. Этот взгляд нашел отражение в его сказочной повести “Бурлеска господина Перуна Бога Грома” и сборнике стихов “Откровения”. В критических трудах (“Живое творчество и непосредственные факты подсознания”, “Молодость народного гения”, “Гелиотерапия слова”, “Народное слово и гении христианства”, “Между Востоком и Западом” и др.) он утверждал новый тип искусства, которое соединяло бы в себе свежесть, чистоту и витализм примитивного мировосприятия, новейшие открытия в области науки и философии и, как он говорил, “новое напряжение”, переживаемое современным человечеством и нашедшее отражение в экспрессионизме и кубизме. Постепенно он расширил поле своих архаико-философских исследований и написал книгу путевых заметок “Африка” (1931), где также основное значение придавал не декоративным элементам народного стиля, но неустаревающим формам мировосприятия, способным найти живой отклик и продолжение в современных условиях.
   Журнал “Зенит”* (1921-1926) в начале своего существования сумел собрать вокруг себя всех значительных авангардных сербских авторов, однако такое положение длилось недолго. Его издатель и главный редактор Любомир Мицич предпринял попытку свести все радикальные идеи европейского авангарда в рамки единой идеологической системы. В его журнале азартно осуждались идеи “чистого искусства” и актуализировались идеи “варваризма” или специфического “экспрессионистского неопримитивизма”. Редакционная программа завоевала широкую международную известность, но в самой Сербии, так и не смогла стать духовным средоточием для авангардистов разной идейной ориентации. В конце 1920-х - 1930-е философия журнала стала одним из источников националистической социальной доктрины, которая господствовала в консервативных слоях общества.
   Журнал “Путеви”* (“Пути”, редакторы М.Ристич и Црнянский, 1922-1924, с перерывами) также не придерживался одной определенной программы и печатал самые разнородные материалы, имеющие отношение к отрицанию “ложной традиции” и отображению в искусстве современной эпохи. Вместе с тем, в журнале сложились две группы авторов, одна из которых - Црнянский, Винавер, Р.Петрович и др. - имела явственное тяготение к экспрессионизму, а другая - М.Дединац, М.Ристич и Д.Матич – к сюрреализму. Другие сотрудники журнала - И.Андрич, И.Секулич, С.Шуманович, Т.Манойлович - ни к какому определенному направлению не тяготели. Журнал представлял собой попытку компромисса между разными направлениями в искусстве, которая, однако, успехом не увенчалась.
   Раде Драинац, поэт-экспрессионист и сторонник балканского иррационального титанизма, в 1922 начал издавать журнал “Хипнос”, где собрал известных сербских авангардистов. Подзаголовок журнала гласил: “За интуитивное искусство!”, а сам журнал стал кратковременной (он не просуществовал и года) манифестацией экспрессионистской мистики, параллельной зенитизму, дадаизму и суматраизму М.Црнянского.
   М.Настасиевич создал своеобразную художественно-философскую систему, в основе которой лежало понятие “абсолютной поэзии”. Это всеобъемлющее духовное жизненное начало может быть постигнуто только интуитивно: через родной язык, заключающий в себе “чистое бытие духа”, музыку или “материнскую мелодию”, “исходящую из глубочайших слоев духа и связывающую понятия в таинственную цельность живого образа”. Для выражения “абсолютной поэзии” Настасиевич разрабатывает новый язык, соединивший редкую, устаревшую, церковно-славянскую, диалектную и новейшую лексику. Система Настасиевича, предполагавшая отождествление феноменологических “постижений” Гуссерля и жизненного порыва Бергсона с религиозными догматами, представляла собой своеобразный “религиозный экспрессионизм”, направленный на выявление духовных основ народной жизни и его вневременного абсолютного ядра. Его творчество развивалось в русле взглядов право-ориентированной либеральной интеллигенции, в среде которой укреплялась националистически-мистическая идеология, основанная на идеализации народного начала.
   Преобладание экспрессионизма в сербской авангардной публицистике длилось недолго, в основном ограничиваясь периодом конца 1910-х - начала 1920-х. Уже в 1922 Т.Манойлович обозначил новое направление сербского авангарда как “объективно-конструктивное”, по существу представлявшее собой сочетание европейского прагматического конструктивизма, собственного предвоенного и заново актуализированного в изменившихся условиях “нового модерна” и экспрессионизма.
   В 1924 после закрытия журнала “Путеви” влияние лидеров экспрессионизма начинает снижаться, а их пути расходятся. Ни Р.Петрович, ни Настасиевич сами ни разу не назвали себя экспрессионистами. Црнянский как будто забывает это слово после того, как его первые экспрессионистские произведения подверглись уничтожающей критике со стороны консервативной печати, Манойлович, вслед за Црнянским, выдвигает термин “динамического, чистого, эфирного лиризма”, который должен представлять собой соединение “чистого визионерства и баснословного символизма”. Влияние мэтров ощутили на себе такие поэты младшего поколения как Р.Драинац, Р.Раткович, Д.Благоевич, Й.Попович, Д.Еркович и др., на что они сами указывали, посвящая им стихи. Потенциал духовных исканий этих поэтов был значительно ниже предшественников, они декларативно выступали против всех “измов”, за “новое” искусство, способное выражать “правду”, и писали свои стихи исключительно “сердцем”. Они также пытались издавать журналы и сборники, которые, как правило, заканчивались на первом же номере (например, журнал “Бела Ревия”, “Белое обозрение”, 1925; альманах “Чаша воде”, “Стакан воды”, Белград, 1925 и др.). В редакционных статьях к этим изданиям говорилось, что сами авторы чувствуют случайность и кратковременность своего объединения и перспектив для совместных акций не видят. В 1927-1928 стихи, лирическая проза и критические статьи этих поэтов были напечатаны Вальденом в “Штурме”*, что и можно считать последним организованным выступлением белградских экспрессионистов.
   Экспрессионизм в Сербии прошел путь от манифестов и программных статей к более свободному воплощению его идей в художественных произведениях и в критических трудах авторов самой разной идейной и творческой ориентации, а затем слился с единой националистически-мистической философией, которая заняла господствующее положение в сербском обществе с конца 1920-х и делала сильный акцент на социальной проблематике. Космический универсализм и мистический индивидуализм экспрессионизма получили дальнейший импульс развития в более разработанных программах сербских сюрреалистов. С другой стороны, достижения и открытия экспрессионизма сыграли особую роль в становлении так называемой “социальной литературы” в Сербии, которая охотно восприняла его общегуманистическую риторику, бунтарский пафос, отсутствие психологически разработанных характеров, гротескную образность, отрицание прошлого и настоящего ради будущего, выхолостив вместе с тем его вселенский мистический космизм и антропоцентризм.
   Лит/. Милосавлевип П. Традищуа и авангардизам. Нови Сад, 1968; Vuökovic R. Problemi, pisci i déla, II. Beograd, 1976; Vuökovic R. Poetika hrvatskog i srpskog ekspresionizma. Sarajevo, 1979; Vuökovic R. Avangardna poezija. Banja Luka, 1984; Palavestra P. The Avangarde Trends in modern Serbian Literature// Svantevit. Copenhagen, 1980. № 1; Palavestra P. Medjuratna lirika jugoslovenskih naroda 1919-1941 // Savremenik. 1981. № 10; Konstantinovic Z. Ekspresionizam. Beograd, 1967; Markovic S.Z. Knjizevni pokreti i tokovi izmedju dva svetska rata. Beograd, 1970; Markovic S.Z. Knjizevne pojave izmedju dva svetska rata. Valjevo, 1982; Expressionizm as an international literary phenomenon. Budapest, 1973; FlakerA. Poetika osporovanja. Zagreb, 1982; Ме1)уратна српска книжевност. Београд, 1983; ¿ivkovié Z. Izazovi avangarde. Beograd, 1986.
   M.Kapaceвa

Энциклопедический словарь экспрессионизма. - М.: ИМЛИ РАН.. . 2008.

Смотреть что такое "Сербский экспрессионизм" в других словарях:

  • Пролеткульт и экспрессионизм —    Пролеткульт (сокращение ходового выражения “пролетарская культура”, ставшего впоследствии широко распространенным термином первоначально для обозначения членов группы “Вперед” А.Луначарского*, А.Богданова, Ф.Калинина, возникшей в 1913) был… …   Энциклопедический словарь экспрессионизма

  • Сербия и Черногория — (Србия – Црна Гора; Srbija – Crna Gora), гос во на ЮВ. Европы, на Балканском п ове, пл. 102,2 км²; состоит из 2 республик: Сербия (включает области Косово и Воеводина) и Черногория. Столица – Бе …   Географическая энциклопедия

  • Югославия — (Jugoslavija, Jyгославиja)         Социалистическая Федеративная Республика Югославия, СФРЮ (Socialistička Federativna Republika Jugoslavija, Социjaлистичка Федеративна Република Jyгославиja).          I. Общие сведения          Ю.… …   Большая советская энциклопедия

  • СЕРБСКАЯ ЛИТЕРАТУРА — СЕРБСКАЯ ЛИТЕРАТУРА, литература сербов, одна из национальных литератур Югославии (см. Югославии литературы). Развивается на сербскохорватском языке. Истоки С. л. восходят ко времени деятельности славянских просветителей и религиозных деятелей… …   Литературный энциклопедический словарь

  • История Сербии — Данные в этой статье приведены по состоянию на 2008. Вы можете помочь, обновив информацию в статье …   Википедия

  • Сербская литература — Первые зачатки С.л. относятся к концу XII и началу XIIIв. (так наз. «Евангелие Мирослава» и пр. памятники). Эта и почти вся последующая средневековая С.л. носит церковный характер. Это евангелия, требники, каноны, жития святых и апокрифы. Немного …   Литературная энциклопедия

  • “Путеви” — (“Путеви”, “Пути”)    сербский журнал (“ежемесячные выпуски по искусству и философии”), выходил в Белграде с января 1922 по август 1924. Всего вышло пять номеров. Учредителями журнала выступали М.Дединац, М.Ристич и Д.Тимотиевич. Издание… …   Энциклопедический словарь экспрессионизма

  • Настасиевич, Момчило — (Настасијевић, Момчило, 06.10.1894, Горни Милановац, Сербия, 01.02.1938, Белград, Югославия)    сербский поэт, прозаик, драматург, эссеист. Родился в небогатой буржуазной семье. Гимназическое обучение начал в родном городе, заканчивал в Белграде …   Энциклопедический словарь экспрессионизма

  • Савчук, Валерий Владимирович — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Савчук. Валерий Владимирович Савчук Дата рождения …   Википедия

  • Петрович, Надежда — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Петрович. Надежда Петрович серб. Nadežda Petrović / Надежда Петровић …   Википедия


We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.